1 / 1
Владимир Малявин продолжает рассказ о том, как в Китае оценивали душевную жизнь человека, как трактовали понятия «разум», «сознание», «природа человека», «судьба», «чувства» и пр.
Владимир Малявин продолжает рассказ о том, как в Китае оценивали душевную жизнь человека, как трактовали понятия «разум», «сознание», «природа человека», «судьба», «чувства» и пр.